Газета без бумаги и без расстояний - история радио

После издания декрета — положения о Нижегородской радиолаборатории она стала превращаться в учреждение государственного значения — в большой «научно-исследовательский институт. Заботы В. И. Ленина, вникавшего в большие ,и малые дела коллектива лаборатории, помогала объединению вокруг нее лучших радиоспециалистов.

В 1919 г. из Петроирада сюда переехали В. П. Вологдин, А. Ф. Шорин с Детскосельской радиостанции, Д. А. Ро-жанский, А. П. Катанский, Ф. И. Ступак, К. К. Шапошников.

Осенью 1919 г. из Москвы прибыли проф. В. К. Лебединский и инженер С. И. Шапошников, а в 1920 г. перешел из Нижегородского университета В. В. Татаринов.

Управляющим радиолабораторией с первых дней ее организации был назначен В. М. Лещинский. Научными руководителями радиолаборатории, определившими основные направления ее работы, стали: М. А. Бонч-Бруевич — приемные и генераторные лампы, радиопередатчики и антенны,

В. П. Вологдин — машины высокой частоты, ртутные колбы и выпрямители, А. Ф. Шорин — пишущий радиоприем и телемеханика.

В. К. Лебединский ведал издательской деятельностью лаборатории, являясь бессменным редактором первых радиотехнических журналов, брошюр и других изданий, а также инициатором и организатором многих общественных начинаний того времени.

27 февраля 1919 г. в 10 час. 2 мин. на Московской радиостанции,—сообщает журнал «Радиотехник» (№ 5 за 1919 г.), вместо знаков Морзе был услышан человеческий голос: «Алло, алло, раз, два, три».

Это была проба дугового радиотелефонного передатчика, собранного для экспериментов в Нижегородской радиолаборатории. Но вскоре эти опыты были оставлены.

Возможности применения дуги для радио-телефонирования были исследованы П. А. Остряковым и он пришел к выводу, что дуга должна уступить дорогу лампе.

К марту 1919 г. М. А. Бонч-Бруевич наладил серийный выпуск приемно-усилительных ламп с плоским алюминиевым аінодом (под маркой ПР-1). Для получения вакуума в лаборатории М. А. Бонч-Бруевича был сконструирован специальный ртутный насос, при помощи которого можно было доводить разрежение внутри лампы до 0,000001 наружного атмосферного давления.

Это уже был тот высокий вакуум, достижения которого в электронных лампах требовало постановление Совета Народных Комиссаров.

Параллельно с выпуском приемных ламп разрабатывается схема радиотелефонного передатчика и ведутся работы по созданию генераторных ламп.

Первые образцы генераторных ламп представляли собой просто увеличенные в размерах приемные лампы. Но, постепенно устраняя недостатки первых конструкций, к осени 1919г.

Бонч-Бруевич сделал несколько типов генераторных ламп, позволивших получить до 50 вт в антенне, что по тому времени было значительной мощностью.

В это же время Бонч-Бруевич разработал «Катодный выпрямитель» (кенотрон) для напряжения 15 000 в, применявшийся во время опытов по радиотелефонированию.

К декабрю 1919 г. был построен первый радиотелефонный передатчик по схеме анодной модуляции, разработанный М. А. Бонч-Бруевичем совместно с С. И. Шапошниковым.

11 января 1920 г. в 10 час. вечера была проведена первая проба передатчика при мощности 25 вт в антенне. Читали отрывки из книг. Прием велся в 4 км от радиолаборатории на одной из приемных радиостанций в Нижнем Новгороде.

15 января опытная радиотелефонная передача из Нижнего Новгорода при мощности около 40 вт впервые была принята в Москве. Применявшиеся в этом опыте лампы находились еще в стадии разработки.

Первоначально они имели П-образный анод, который потом был заменен платиновым анодом в виде колпачка, охлаждаемого водой. Затем М. А. Бонч-Бруевич перешел к лампам с массивными медными П-образными анодами, припаянными к платиновому колпачку, охлаждаемому водой.

Изготовление этих ламп представляло большие трудности как при сборке и стеклодувных работах, так и при откачке. Тем не менее благодаря настойчивости изобретателя мощность передатчика удалось довести к концу января до 300 вт.

Приемно-усилительные и генераторные лампы средней мощности, изготовлявшиеся в Нижегородской радиолаборатории

Рис. 1. Приемно-усилительные и генераторные лампы средней мощности, изготовлявшиеся в Нижегородской радиолаборатории.

К весне 1920 г. Бонч-Бруевич закончил разработку ламп с медным охлаждаемым анодом. Такая значительно более совершенная конструкция генераторных ламп применялась на Московской радиотелефонной радиостанции в течение ряда лет.

Этой новой победе способствовал тот моральный подъем, который вызвало письмо В. И. Ленина, адресованное М. А. Бонч-Бруевичу.

В конце января Нижегородская радиолаборатория испытывала ряд затруднений в своей работе, и М. А. Бонч-Бруевич обратился с просьбой о содействии прямо к Владимиру Ильичу Ленину.

Письмо было доставлено В. И. Ленину 3 февраля 1920 г. В тот же день В. И. Ленин направил в Нижний Новгород следующую телеграмму:

«Нижний Новгород, председателю Губисполкома. Копия Радиолаборатория, заместителю управляющего. В виду важности задач, поставленных Радиолаборатории, и достигнутых ею важных успехов, оказывайте самое действительное содействие и поддержку к облегчению условий работы и устранению препятствий. Предсовнаркома Ленин» (Ленинский сборник, т. XXXV, стр. 108).

Через два дня после отправления телеграммы В. И. Ленин шлет личное письмо М. А. Бонч-Бруевичу следующего содержания:

«5.11.1920 г. Михаил Александрович! Тов. Николаев передал мне Ваше письмо и рассказал суть дела. Я навел справки у Дзержинского и тотчас же отправил обе просимые Вами телеграммы. Пользуюсь случаем, чтобы выразить Вам глубокую благодарность и сочувствие по поводу большой работы радиоизобретений, которую Вы делаете. Газета без бумаги и «без расстояний», которую Вы создаете, будет великим делом. Всяческое и всемерное содействие обещаю Вам оказывать этой и подобным работам. С лучшими пожеланиями В. Ульянов (Ленин)». (Ленин, т. 35, стр. 372, IV изд.)

Это историческое письмо В. И. Ленина вдохновило М. А. Бонч-Бруевича на преодоление дальнейших трудностей, а главное открыло перед ним всю важность дела, которым он занимался. М. А. Бонч-Бруевич говорил, что в то время идеи радиовещания, в современном его понимании, в сущности еще не существовало, а перспективы использования радиотелефона не шли дальше ограниченного применения его для нужд связи.

«Впервые мысль о широковещании (так в первые годы называли радиовещание — В. Ш.) формулирована В. И. Лениным, — пишет М. А. Бонч-Бруевич, — в его известном письме к автору в выражении «Газета без бумаги и без расстояний».

Несомненно, Владимир Ильич одним из первых почувствовал громадные перспективы, которые открывает радиотелефон в соединении с громкоговорителем, и только благодаря его помощи оказалось возможным в эпоху гражданской войны, голода и в период наибольшей разрухи, построить мощную радиостанцию имени Коминтерна» .

Постановление Совета Обороны «О строительстве центральной радиотелефонной станции» было вынесено 17 марта 1920 г.

Первые пункты этого постановления гласили:

«

  • 1. Поручить Нижегородской радиолаборатории Нарком-почтеля изготовить в самом срочном порядке, не позднее двух с половиной месяцев, центральную радиотелефонную станцию с радиусом действия 2000 верст.
  • 2. Местом установки назначить Москву и к подготовительным работам приступить немедленно.
  • 3. В виду чрезвычайной государственной важности нового сооружения, все заказы и требования на материалы, связанные с установлением радиотелефона, должіны исполняться в первую очередь под личную ответственность заведывающих соответствующими отделами и представителей заводоуправлений».

Постановление предусматривало освобождение от призыва рабочих и служащих, состоящих на постройке радиотелефонной станции, и предлагало отпускать Нижегородской радиолаборатории электрическую энергию до самого последнего момента действия городской электрической станции.

Специальным пунктом Нижегородской радиолаборатории поручалось «разработать конструктивные чертежи альтернаторов и не позже полутора месяцев сдать их на завод для изготовления в самом срочном порядке».

Этот пункт относился к машине высокой частоты В. П. Вологдина. Постановление правительства возлагало на М. А. Бонч-Бруевича большую ответственность и ставило его перед сложной задачей. Для радиостанции с таким большим радиусом действия нужен был передатчик большой мощности, а для этого требовались более мощные лампы.

Попытка решить эту задачу при помощи массивных алюминиевых анодов нужного эффекта не дала. Ориентироваться на тугоплавкие металлы вроде тантала или молибдена было нельзя: эти металлы получать в условиях блокады было невозможно.

Можно было встать на путь, по которому пошла Казанская база радиоформирований, и использовать большое количество маломощных ламп, включенных в параллель. Но ведь надо было строить центральную радиотелефонную станцию для всей страны.

Строить «газету без бумаги», о которой писал сам Ленин. Для такого важного дела надо было итти принципиально новым путем.

Трудные это были дни для М. А. Бонч-Бруевича, стремившегося во что бы то ни стало решить задачу получения сколь угодно большой мощности, рассеиваемой медным анодом, именно медным, ибо другого материала конструктор не имел.

П. А. Остряков в своей книге о Бонч-Бруевиче так описывает этот момент :

«За окном радиолаборатории простиралась замерзшая, где-то на юге перерезанная Колчаком Волга. Ночью город погружался в непроглядную тьму, не было не только молибдена или тантала, не хватало хлеба и топлива. В пальто и в шапке сидел Бонч-Бруевич в лаборатории, снова и снова возвращаясь к мысли о задаче, поставленной Владимиром Ильичем.

Ведь только подумать: сам Ленин при своей исключительной нагрузке, постоянной занятости неотложными вопросами, нашел время написать ему, Бонч-Бруевичу! Сам Ленин говорил о радиотелефоне! Сам Ленин думает об этом! Это значит — задача стоит в одном ряду с теми, которые обдумывает Ленин. Воля вождя должна быть выполнена во что бы то ни стало. И опять мысли Бонч-Бруевича вертятся вокруг отсутствующего тантала и вытекающих отсюда осложнений.

Сейчас трудно припомнить, сколько дней продолжалось это напряженное состояние. Трудно восстановить все варианты решения задачи, но в результате появился макет лампы такой конструкции, которой еще не было в мире. Бонч-Бруевич изобретает, не беря патента, принудительное охлаждение водой. Отныне лампа, по аналогии с двигателем внутреннего сгорания, требует воды для охлаждения своего анода!

Это казалось святотатством. А Бонч-Бруевич продолжает кощунствовать, и чтобы увеличить поверхность анода, делает его четырехкамерным, помещая внутрь каждой камеры катод и сетку. В тисках огромных трудностей, испытываемых страной, с неподдельным энтузиазмом работает молодой советский ученый, потому что родина дала ему безграничную свободу, оказала огромное доверие й ждет результатов.

Он решает задачу, не подозревая, что ее признали неразрешимой на Западе. Уже через несколько лет кичащиеся своей техникой Америка и Англия воспользовались решением Бонч-Бруевича и заимствовали его конструкцию. Европа и Америка стали широко применять охлаждение анодов водой и только поэтому смогли приступить к сооружению мощных генераторных ламп.

Фирма «Метровиккерс» (Англия) создала разборную генераторную лампу и целиком воспроизвела в ней многокамерный анод Бонч-Бруевича. Рекламные сообщения о «мировом» достижении фирмы публикуются во всех радиотехнических журналах Европы и Америки, но ни в одном из них не упоминается автор конструкции многокамерного анода».

К весне 1920 г. разработка ламп с медным анодом, охлаждаемым водой, была закончена.

В. И. Шамшур - "Первые годы советской радиотехники и радиолюбительства".

0
749
Добавить комментарий